Я не постоянный слушатель украинского радио, признаюсь. В моем телефоне, которым я пользуюсь сейчас для приема различный радиостанций, - эта технология всем, в общем-то, известна, но напомнить гражданам лишний раз не мешает, - мой телефон улавливает волны Wi-Fi в моей квартире от моего роутера, через это мы выходим в интернет, а в интернете расположены все станции, которые вещают в сети, - их, по моим подсчетам, там чуть больше 5 000. И поэтому, в принципе, я мог бы быть слушателем и украинского радио. Но, в моем списке - основные все станции Би-би-би - там их около шести, или семи. Плюс, я слушаю конкурентов с Радио Свободы, затем я слушаю Эхо Москвы, ну и всякие разные станции… Есть у меня несколько и экзотических станций, например, военная станция Звезда, где информацию подают в небольших объемах, - чтобы военнослужащий голову особо не перегружал, или может у него времени мало. Вот. Не являюсь постоянным слушателем украинского радио. Могу сказать только, что оно, судя по всему, процветает. И первый признак этого - тот факт, что мы здесь. Мы приехали с делегацией Би-би-би по приглашению Radio Roks, которые берут некий программный контент у нас на ежедневной основе. Ну, сами понимаете, для того, чтобы британская радиовещательная корпорация, даже не радио, а вообще медийная корпорация, прислала сюда бригаду из ведущего, продюсера, пресс-офицера и еще, там, начальника среднего звена, - это говорит о серьезном отношении к тому, чем мы занимаемся. Стало быть, если есть взаимодействие между различными медийными корпорациями, то есть все признаки не только жизнеспособности украинского радио, но и его тенденции к росту.
- Какое будущее Сева Новгородцев прочит радио в эру интернет-технологий?
Ну, я отчасти это затронул. Изменилась система носителей сигнала. Если раньше мы со спидолами припадали к каким-то коротким волнам (люди, которым не нравилось это, каким-то образом глушили), то сейчас я уже полностью перешел на свой телефон. Показывать не буду, телефон обычный, как у всех, с экранчиком. В нем у меня есть приложение, через которое я слушаю все станции, которые мне нужны. Кроме того, там у меня вся моя музыкальная библиотека, которую я в трудные минуты слушаю. Мог бы еще кино выкладывать, но я в телефоне носить изображения не люблю, Поэтому телефоном я пользуюсь сейчас - читаю книги в нем из Kindle, слушаю радио, ну и свою музыку слушаю. Поэтому, из-за развития интернета, из-за того, что сигнал переносится теперь в новые технологические условия, в принципе, господа, мы можем слушать кого угодно и где угодно. Вот это надо помнить. Человек, живущий в Тмутаракани, я не знаю, в Чебоксарах - где угодно - если у него есть какая-нибудь более-менее приличная интернетовская связь, дома роутер стоит, он может слушать все, что ему в голову взбредет. Там, станцию бразильского танго какого-нибудь, или уругвайское что-то. Понимаете, да?! Пределов совершенно нет! И вот это для меня, как для постоянного радиослушателя разных каналов, представляет очень захватывающую перспективу. Вы географически свободны. Вас ничто не ограничивает. Ну, только если кто-то глушить начнет по новым технологиям, но пока этого нет. Так что, будущее радио весьма радужно.
- Мы на прошлой неделе отмечали годовщину Оранжевой революции. Что Вам запомнилось об этом событии?
Ну, мы об этом только и вещали. У нас материалов проходило колоссальное количество. Мне вспоминается один человек, который говорил: "А я был у вас на Би-би-си. Как раз шли выборы в президенты. Еще Кучма был. И мы вас спросили, кто победит?". Ну, вы, говорит, не знали так подробностей, но сказали, что победят те, кто против. Так и получилось… Оранжевую революцию, естественно, в Англии восприняли очень положительно, поскольку это отвечает всем идеалам демократического общества. Англия через это проходила на протяжении последних трехсот лет в разные периоды, под разным историческим соусом. И поэтому этому, конечно, все сочувствовали. И годовщину эту мы, естественно, помним. Даже если вам кажется, что завоевания Оранжевой революции куда-то канули, помните, что полной потери революционных завоеваний у вас не произошло. У вас очень много сдвигов.
- Как Сева Новгородцев чувствует себя в роли кавалера Ордена Британской Империи?
Ну, я, когда орден получил, я жене сразу сказал, что на красный свет мне теперь уже ездить нельзя. То есть, это накладывает на человека определенные обязательства. В частности, на работу я теперь хожу, приодетый так, под джентльмена. То есть, у меня есть серия таких костюмов полупарадных-полуофициальных - и это теперь моя рабочая одежда. Не то, чтобы я там форсить стал, но у меня перед собой, перед наградой есть определенная ответственность. Ну и, честно говоря, я верю в некое ролевое моделирование. То есть, у нас есть очень много коллег, способных демократичных людей, которые на работу ходят в майке, - ну и ради Бога. У нас есть один человек, который никогда не мерзнет, и он зимой и летом ходит в одной футболке. И, когда я его встречаю в январе, говорю: "Ооо! Вы в зимнее сегодня оделись". А у него майка была просто чуть потолще… Вот. У меня есть своя, так сказать, тайная повестка дня. Считаю, что цивилизованное, цивильное общество отличается от не цивильного тем, что человек, выходя в люди, готов слегка приложить больше усилий по поводу своей внешности, одежды и прочего. И таким образом поднять планку общения на работе. Потому что есть две школы: одна ходит в трениках - потому что это ему удобно, а другой джентльмен, условно говоря, затягивает на себе корсет, одевает неудобный совершенно крахмальный воротничок, который его душит, и идет на работу, потому что другим на него смотреть при этом более приятно. Вот я теперь склоняюсь к этой второй модели.
- Ну и традиционная для наших чатов напутственная речь, прощальное слово читателям.
Будущее в ваших руках, господа. Вы все молодые, живите по совести, а там как выйдет. А журналистам скажу особо - у вас есть долг перед профессией и перед людьми, с вас спросится вдвойне.
